ING1.ru

Инжиниринг сознания человечества

Карта сайта Новости Контакты Об авторе Войти Регистрация

Как инстинкты управляют нами — как бы по Фрейду

       Мы остановились на том, что внутри нас множество основных инстинктов. При этом большинство из них как бы молчат, отчего мы их не замечаем. Но вот приходит время, один из инстинктов просыпается и начинает нас будоражить. Что и как при этом происходит? Обычно его действие проявляется в виде нужды или потребности. Как это у нас обычно бывает?  Например так…: Вдруг нам становиться «нужно, ну очень нужно…, прямо-таки позарез необходимо…» куда-то сходить или что-то сделать, то есть появляется прямо-таки срочная и насущная необходимость. Вот как она действует мы подробно опишем: Момент зарождения мы обычно не замечаем. Затем обнаруживаем: «Ага!… Тут что-то нам мешает… Что же это? А-а, это вон что… Ничего пока потерпим!…». Но инстинкт не успокаивается, он продолжает внутри ковырять, действует на нервы и мозг (кстати, он тоже из нервных клеток), образно говоря, нужда «зудит, щемит, грызет и сидит в нас как заноза». Тем самым она все время выводит нас из спокойного и уютного состояния. И чем дольше это продолжается, тем труднее сдерживаться. В какой-то момент, не выдерживая внутреннего давления, мы срываемся с места и начинаем что-то делать — лишь бы прекратилось, лишь бы исчезло это неприятное ощущение. Это так сказать первая реакция организма…

    А что при этом происходит внутри организма? Может быть нам здесь повезет больше, и мы поймем некоторые особенности поведения человека? Так, химическая теория З. Фрейда утверждает, что в нас выделяются особые химические вещества, которые выбрасываются в кровяное русло и заряжают часть нервной системы напряжением (возбуждением), которое по всем признакам сопоставимо с интоксикацией организма ядами. Причем Фрейд особо упирает на то, что эти яды доставляют наслаждение. Мы примем эту точку зрения за основу, исключая последнюю часть — ядов, доставляющие наслаждение. Я считаю, что наоборот, большей частью эти вещества доставляют нам неудобства. Под действием наших незабвенных инстинктов (скажем при появлении голода или при замерзании) организм начинает активно выделять эти специальные вещества, мы обычно их называем гормонами (в их числе адреналин), раздражающие нервы и мозг. В настоящее время у человека таких гормонально-активных веществ обнаружено около 50. Одни из них отвечают за дыхание, другие за ритм сердечных сокращений, третьи за эмоции и т.д. Естественно чем больше концентрация таких гормонов, значит тем сильнее раздражение нервов, а следовательно тем больше возбуждается человек и сильнее становится его агрессивность. Врачи пишут примерно то же самое: артерии людей с агрессивным поведением, то есть у сильно  раздраженных, буквально омываются гормонами стресса. Это раздражение, как мы понимаем, штука очень неприятная. Под его воздействием, наш «бедный» мозг, страдающий от гормонов, начинает искать путь их избавления от них. А выход тут один. Надо устранить причину досаждающую «драгоценнейшему» организму.  Например, заставить организм покушать или поискать теплое местечко и т.п. Причем чем больше гормонов стресса накопилось, тем больнее нашему мозгу и значит, тем больше будет беготни и тем решительнее мы будем действовать. К примеру попробуйте представить характер действий слегка проголодавшегося человека и изголодавшегося  собрата при виде еды. Несомненно, более голодный товарищ будет активней и решительней своего соседа.

    То есть, явно из-за действия гормонов мы развиваем какую-то деятельность, направленную на устранение внутреннего дискомфорта, из-за которого мы обычно говорим — «я хочу…, я требую…, я желаю…, мне надо…, у меня есть потребность…» и т.п. Потом уже, добившись своего (т.е. удовлетворив потребность или успокоив инстинкт, в нашем примере — наевшись или согревшись), мы тем самым нейтрализуем гормоны и возвращаем наш мозг в обычное расслабленное состояние. Если описать этот процесс по Фрейду, наш психический аппарат стремится удерживать количество возбуждения (т.е. гормона) на возможно более низком уровне. За подобное послушание мозг (наш «психический аппарат») вознаграждает нас, то есть наше тело приятным, эйфорическим состоянием. То есть, по большому счету, приятное и расслабленное состояние есть «награда природы» за нашу работу, за беготню, за все наши действия для удовлетворения давившей потребности. Образно говоря, эйфория — это «кусочек мяса», который  опытный дрессировщик (т.е. наш мозг) дает своему питомцу (т.е. нашему организму) в качестве поощрения за проделанную работу. Но самое интересное то, что чем важнее инстинкт, тем больше будет вознаграждение, а это значит, тем приятнее будут ощущения и  наслаждения. К примеру, сравните ощущения получаемые от секса и от движения. Слышу, слышу возражения — нашел что сравнивать! Конечно их кому-то тяжело сравнивать, но тем не менее эти два разных и непохожих вида — оба они что ни на есть инстинкты. А потому, для природы, а значит и для человека инстинкт продолжения рода важнее,  чем возможность движения. Следуя дальше по этому пути, мы приходим к высшей награде природы и вершине наслаждения человека — к счастью. Здесь я не возьму на себя смелость говорить о таком предмете. Просто приведу слова другого человека. Причем приведу его мнение подробно, все равно лучше и полнее об этом трудно сказать: «Счастье — состояние абсолютной полноты, когда счастливее быть нельзя. Говорят даже: он переполнен счастьем. В этом-то и счастье от счастья: переполнен, ничего больше не нужно, нет других желаний (или потребностей — прим. авт.), нет желаний вообще — кроме одного, чтобы счастье продлилось, чтобы время остановилось: счастливые часов не наблюдают. Но счастье кратковременно. Даже Фауст с его «стремлением к ускользающему благу» вынужден был сказать: «Продлись мгновенье, ты прекрасно». Человек в состоянии счастья чувствует себя совершившимся и совершенным, у него нет желаний. Но механизм счастья для того и создан природой, чтобы человек стремился к чему-нибудь, не ленился, использовал все обстоятельства в свою пользу, был напорист, находчив, иногда настырен. Человек не создан для счастья, как птица для полета, наоборот, счастье создано для человека. Чтобы не только бился, но и добивался… Поэтому счастье универсальная награда природы за настойчивое стремление к самым разнообразным целям и за достижение их. Счастье не в деньгах, оно само — деньги природы, которыми она, как хозяин расплачивается с нами за то, что мы активны… А так как конечная цель природы — поддержание жизни, продолжение рода, то самое острое счастье человек испытывает в любви. Животное получает в награду за продолжение рода удовольствие, а человек — если он человек — счастье, и даже может быть невозможное, невыносимое счастье, которое называют словом «блаженство»… Механизм счастья создан, чтобы постоянно побуждать человека к действию, чтобы он не успокаивался надолго, не замирал. Если бы счастье было достижимо раз и навсегда, человечество давно бы вымерло. При малейшей удаче люди выпадали бы из строя действующих. Счастье косило бы людей, как пулемет наступающие цепи. Нет, природа манит нас, она дает нам почувствовать счастье по всякому пустяковому поводу, чтобы мы насладились им, испытали его и стремились к нему вновь и вновь«.

     Я нашел подтверждение этому также и у З. Фрейда. Он тоже признавал, что в нашей психической, сознательной жизни господствует принцип получения удовольствий. Что все наши стремления, желания и поступки всегда находятся в прямой связи с возможностью получения удовольствия. Теперь вы наверное понимаете, что удовольствие, радость и само счастье — это приманка или даже награда природы за поступки под давлением внутренних инстинктов. Вспоминая нашу несколько поднадоевшую математику, мы можем сказать — что сумма действия наших инстинктов равна получению удовольствия. Но ведь удовольствия в чистом виде не бывает, наше удовольствие внутри нас и другим не видать. А там его не измеришь. Как же быть?…

              Внешняя сторона инстинкта

      Есть выход из этого тупика! У нас есть другая сторона действия наших инстинктов, видимая всем, в том числе и нам. Мы ее можем воочию увидеть и измерить, чтобы узнать какое удовольствие может получить человек, какова сила действия у него инстинктов и тому подобное. Это внешнее действие инстинктов — поступки человека. Наши поступки или поведение — внешнее выражение внутренних сил — горя, радости, печали, удовольствия или блаженства. В математическом смысле это означает, что в нашем уравнении итоговую сумму действий для получения удовольствия или получение удовлетворения (т.е. суммарное действие инстинктов), вместо удовольствия, мы приравняли к поведению человека — где сумма инситнктов (х1+х2-х3+х4… +х18)= равна поступку или силе активности человека. То есть итог воздействия инстинктов на человека это его активность или даже сила активности — а она бывает разная в зависимости от потребности.

      Поэтому перейдем к рассмотрению наружной стороны действия инстинктов — к их внешнему проявлению. То есть к тому, что мы делаем, когда нам что-то очень нужно. Если позволите, я чуть-чуть отступлю от этой темы. Как мы все ясно понимаем, человек что бы он не хотел, поступает примерно одинаково. Обычно, его действия укладываются в схему: – был неподвижным – ощутил потребность – начал двигаться – удовлетворил потребность – прекратил движение. А как же, ведь у него и мозг, и ноги, и руки всегда одни и те же, независимо от желания и цели. Поэтому его реакция на действия различных инстинктов примерно одинакова, есть отличия лишь в конечном итоге насыщения (т.е. насыщение едой, общением, сексом и т.п.).  А так как все они  порождены инстинктом самосохранения и действуют примерно одинаково, то нам для изучения подходит любой природный инстинкт. Для облегчения нашей задачи возьмем самый изученный и самый известный инстинкт — инстинкт питания. Наша задача — выделить в нем какие-то этапы или периоды, которые потом  распространим на другие.  Приступая к исследованию отмечу, что это очень скучное занятие — описывать то что всем известно.

            С чего начнем? Ну, конечно же, с начала.

        а) Мы, только что наевшись до отвала, с трудом встаем из-за стола и  испытывая чувство вялости,  начинаем заниматься текущими делами.  О чем это говорит? Говорит о том, что наш «замечательный» инстинкт питания молчит и сила его потребности равна нулю. Для удобства назовем такое состояние  — «нулевым». Здесь наш переменный инстинкт «x» совершенно незаметен и мал, скажем, примерно равен 0.035…

       б) Продолжим его описание таким отрывком: «… А как насчет того, чтобы забыть обо всем этом и перекусить, Перри?» — Мейсон покачал головой. »  —  Это одна из тех ночей, когда он будет все время работать, — вздохнула Делла. – Он будет ходить взад и вперед, истаптывая ковер, и пить кофе…». Конечно, первые признаки голода малозаметны и, о них за работой можно на какое-то время забыть. Но внимание! Хотя наш инстинкт еще довольно слаб, но он уже проснулся. Правда его сил хватает ровно настолько, чтобы лишь напомнить о себе, но явно недостаточно заставить искать еду. Ну может еще, пожалуй, его давления хватит на то, чтобы заставить говорить о нем. Отчего в наших разговорах может появиться «обеденная» тема: «как бы попить чайку…», «надо бы пойти поискать перекусить…». Обозначим это состояние «пассивным». В этом состоянии мы уже не безразличны, испытываем небольшое беспокойство или некоторое неудовольствие. (То есть наша переменный инстинкт «x» уже вырос до единиц и стал приблизительно равен 2 или 3 единицам…).

        в) Сильно проголодавшись, скажем, оставшись без завтрака и обеда, где-то ближе к вечеру обычно решаем: «Так не пойдет. Надо срочно искать еду!» И тогда будет, как в этом отрывке: «… Несмотря на проливной дождь, не перестававший ни на минуту, большинство друзей снарядилось на охоту. Проголодавшимся очень уж хотелось отведать вкусного и сочного мяса…» То есть мы бросаемся на поиски еды: бежим в магазин, столовую, ресторан и т.д. и т.п. Что и говорить,  «голод не тетка», он ведь заставит нас принимать активные меры.  Но!… Если поиски пищи оказались опасны для нашей жизни, мы посчитав, что лучше не рисковать, согласимся еще чуточку поголодать. Уровень силы действия такого инстинкта мы назовем — «активной».    Однако, сами понимаете, общаться с таким голодным другом не подарок, как там в пословице: «Голодный сытого не разумеет». Ну, как можно будет общаться с ним, если он сильно раздражен голодом и может говорить только об одной теме: » Я хочу есть, надо найти где-то пожрать…»? Причем, в таком состоянии он может запросто взорваться и наговорить кучу гадостей. (Мы здесь будем говорить о переходе переменного инстинкта в разряд тяжелой артиллерии, т.е. он наверное подрос уже до больших величин  — где-то до 20…50)

        г) «…Тем временем Рамиро, не выпуская пистолета из рук, отправился на деревенскую площадь, взял из стоявших корзин фрукты и каштаны, зарезал козу и нарвал яблок, не встретив ни малейшего сопротивления…» — Лучше этого отрывка о таком состоянии голода и не скажешь. Итак, после двух-трех дней голода наш инстинкт проявляется в полной силе – человек будет испытывать настоящий голод и свои чувства скрывать уже будет. Все его силы и помысли устремятся на одно – на поиск и добычу еды.  Куда бы он не пошел, что бы он не делал, голова его будет занята одним и тем же: «Поесть…, поесть…, где бы найти поесть?…» В таком состоянии, отбросив принципы в сторону, человек способен на все: попрошайничать, воровать, вымогать и даже грабить. При этом ему совершенно наплевать на разные там опасности — он дошел до  агрессивной стадии голода, и ради еды готов совершить преступление…. Добыв еду, он давясь и торопясь, быстро ее  ест, испытывая при этом неописуемое блаженство избавления от внутреннего кошмара. Отсюда, давайте к признакам сильного действия инстинкта  отнесем агрессивное поведение человека с его стремлением к удовлетворению невзирая на опасности и приятное эйфорическое состояние при насыщении. Это самое сильное проявление инстинкта будем именовать  «агрессивным».  (То есть наш переменный инстинкт «х» перешел в разряд супертяжелой артиллерии и его величину, наверное, уже можно сравнивать с сотенными цифрами.)

       д) И вот конечная стадия голода, предоставим слово литературе: «… Вскоре не стало и воды. Положение стало нестерпимо тяжелым и мучительным: томительная жажда мало-помалу сменилась водобоязнью, а сильный голод – полным отвращением к пище… Все шли молча, угрюмо продвигаясь вперед шаг за шагом. Как только кто-нибудь пытался прилечь на землю и отдохнуть, тотчас же члены его костенели, глаза потухали, взгляд туманился и даже язык с трудом ворочался во рту…». Такое поведение естественно, ведь после долгого голодания чувства у человека притупляются и инстинкт совершенно не действует. В таком состоянии у людей исчезает желание что-либо делать, ими овладевает полное безразличие к окружающей обстановке, мы называем это состояние «ступором». В ступоре человек ведет себя как автомат, совершенно не интересуясь ни собой, ни окружающим миром. Его не трогают ни проблемы общества, ни проблемы семьи, ни собственная жизнь. Встречая людей с подобным поведением мы обычно говорим «он совершенно опустился и не следит за собой».  (Здесь все говорит о том, что величина инстинкта «х» стремительно уменьшается и может даже упасть до нуля – проще говоря, до смерти человека.)

      Все это так. А что будет происходить, если мы накормим голодающего товарища, то есть уступим действию инстинкта?

   Первая фаза — фаза обильного насыщения  или «обжорства« — голодный человек, постоянно озираясь и загораживая еду, хочет съесть или «сожрать» как можно больше. Остановить его может только переполненный желудок, остальные аргументы бессильны. После обильного насыщения наш герой от стола отваливается в приятном изнеможении — он испытывает «эйфорию». В человеческом языке есть много слов обозначающих это состояние: блаженство, кайф, удовольствие и другие. Как же, ведь он выполнил главное требование инстинкта и получает заслуженную награду.

 Следующая фаза питания — фаза «гурмана», когда прием пищи стал обычной, немного нудной и надоедливой процедурой. Поэтому, чтобы обед или ужин не стал скучным, его превращают в своеобразное, ненавязчивое развлечение. Например такое: « Теперь на самых изысканных столичных тусовках Лондона собравшимся предлагаются… жареные тараканы и жуки, коконы шелкопряда и кузнечиков, запеченные в шоколаде». Т.е., в этой фазе, развлечение заключается в том, чтобы выбрать еду на основе пристрастий (любимое пирожное), экзотичности ощущений (пикантный вкус), внешнего вида (красивые конфеты) и других критериев. Затем, не торопясь, уже с аппетитом начать есть. Об этой фазе питания нам активно и надоедливо напоминают  с телеэкранов. Так и вспоминаются набившие оскомину фразы: «Еда — это наслаждение. Наслаждение вкусом…» или «Съел батончик… ты сыт и доволен!». Однако, к великому  сожалению, в этом  состоянии оголодания,  эйфорического удовольствия от еды, того удовольствия которое испытывает голодный человек, мы уже не получим. У нас после еды наступит только состояние удовлетворения или сытости. Да оно так и должно быть, ведь инстинкт путем не проснулся, следовательно и наградить нас не может.

   Думаю, ничего не забыл и перечислил все этапы действия инстинкта. Теперь посмотрите: нулевая и пассивная потребности, активное и агрессивное поведение, состояние ступора, фаза «обжорства» и «гурмана» —  это этапы развития одного и того же инстинкта — инстинкта еды. Но надеюсь, вы помните исходное положение – то, что все инстинкты есть порождение мощного инстинкта выживания организма? И то, что исполнителем требований всех инстинктов является только наш организм? Тогда, наверное, не будем спорить с утверждением, что действие остальных инстинктов не сильно отличается от инстинкта еды? А также с тем, что единственным их различием будет лишь время действия? Так, например, если первобытные инстинкты  отзываются мгновенно, буквально через несколько секунд или минут (например болевой), то действие более поздних инстинктов проявляется только через дни и недели (инстинкты общения, сексуальный). А что же касается последних общественных инстинктов, то их обратная реакция проявляется через месяцы и даже годы (тяга к деньгам, к власти и т.п.).

     Краткие итоги главы

     Когда инстинкт просыпается и начинает нас будоражить,  его действие проявляется в виде нужды или потребности, он в нас  «зудит, щемит, грызет и сидит в нас как заноза». Тем самым он все время выводит нас из спокойного и уютного состояния. Это под действием наших  инстинктов  организм начинает активно выделять специальные вещества,  обычно их называют гормонами,  раздражающие нервы и мозг. В настоящее время у человека таких гормонально-активных веществ обнаружено около 50. Чем больше концентрация таких гормонов, значит тем сильнее раздражение нервов, а следовательно тем больше возбуждается человек и сильнее становится его агрессивность. Под их воздействием, наш мозг, страдающий от гормонов, начинает искать путь их избавления от них — и  мы развиваем какую-то деятельность, направленную на устранение внутреннего дискомфорта, из-за которого мы обычно говорим — «я хочу…, я требую…, я желаю…, мне надо…, у меня есть потребность…» и т.п. Таким путем наш психический аппарат стремится удерживать количество возбуждения (т.е. гормона) на возможно более низком уровне. За подобное послушание мозг вознаграждает нас, то есть наше тело приятным, эйфорическим состоянием. Чем важнее инстинкт, тем больше будет вознаграждение, а это значит, тем приятнее будут ощущения и  наслаждения. Высшая награда природы и вершина наслаждения человека —  счастье.  Но счастье кратковременно. Это оттого, что механизм счастья создан, чтобы постоянно побуждать человека к действию, чтобы он не успокаивался надолго, не замирал. Им природа манит нас, она дает нам почувствовать счастье по всякому пустяковому поводу, чтобы мы насладились им, испытали его и стремились к нему вновь и вновь.

     Внешнее проявление действия инстинктов — это активность или даже сила активности человека Под действием инстинкта действия человека укладываются в простую схему – был неподвижным – ощутил потребность – начал двигаться – удовлетворил потребность – прекратил движение. Разбивка его действия на этапы показывает следующую картину:

        а)  инстинкт питания неактивен и сила его потребности равна нулю —  состояние  «нулевое».

     б) состояние «пассивное» —  этом состоянии мы уже не безразличны, испытываем небольшое беспокойство или некоторое неудовольствие.

        в) потребность заставляет нас принимать активные меры.  Если удовлетворение потребности оказывается опасно для нашей жизни, мы отказываемся от удовлетворения. Уровень силы  инстинкта  — «активная».

     г) сильное действие инстинкта  — агрессивное поведение  с его стремлением к удовлетворению невзирая на опасности и приятное эйфорическое состояние при насыщении.

      д)  В ступоре человек ведет себя как автомат, совершенно не интересуясь ни собой, ни окружающим миром. Его не трогают ни проблемы общества, ни проблемы семьи, ни собственная жизнь.

   Фазы насыщения потребности: Первая фаза — фаза обильного насыщения  или «обжорства», вторая фаза — фаза «гурмана», когда прием пищи стал обычной, немного нудной и надоедливой процедурой, в ней получает лишь состояние удовлетворения. 

2 071 Комментарии